Главная / История и Люди / «Памперсы» для боевиков. Как создательнице женской группы в сети дали 6 лет

«Памперсы» для боевиков. Как создательнице женской группы в сети дали 6 лет

Молодая гинеколог Юлдуз Алиева осуждена на 6 лет за финансирование терроризма. Она создала в сети группу для общения девушек-мусульманок. Как обсуждение нарядов и рецептов пирогов переросло в сбор средств для боевиков, разбирался АиФ.ru.

Из добрых побуждений

Юлдуз родом из Дагестана. Впрочем, как и вся её небольшая семья — старшая сестра, мама и папа. Мама — медицинская сестра, поэтому и девочки решили пойти по её стопам — поступили в Волгоградский медицинский университет.

«Мы тогда в Дагестане жили. Волгоград от нас не далеко, у нас там родственники есть, да и по деньгам — учиться там всё же доступнее, чем в Москве, — говорит мама Юлдуз, Нурьян. — Мы постоянно приезжали, навещали их. Не оставляли без присмотра».

В какой-то момент Юлдуз решила создать в социальной сети группу, которая бы объединила молодых мусульманок. Девушки обсуждали вопросы семьи и брака, воспитания детей, делились духовной литературой, помогали сёстрам по вере, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Это был 2012 год. В незнакомом городе ей хотелось найти единоверцев, с кем можно пообщаться, излить душу.

Группа до сих пор существует в сети.

Группа до сих пор существует в сети. Фото:

Позже к их группе присоединилась Мадина из Волжского. Девушка владела небольшим магазином детской одежды и готова была поделиться вещами с такими же мусульманками, оказавшимися в беде. Однако, как оказалось на самом деле, у Мадины были совершенно другие цели. Она стала показывать девушкам видеоролики о сирийской войне, бедных женщинах и детях, оставшихся без крова. Предложила организовать сбор средств для них в группе. Юлдуз согласилась. Реквизиты, куда перечислять деньги, Мадина указала свои — номер телефона. Но едва прошло несколько месяцев — как Мадина исчезла. Только один раз позвонила бывшим подругам из чата, сообщила: «Вышла замуж, уехала в Сирию, помогать беженцам. Хотите — и вы приезжайте. Доктора нам всегда нужны». Но Юлдуз отказалась.

«Где террористы и где мы?»

«Она вообще у нас очень доверчивая, — говорит Нурьян Алиева. — Потому что сама не врёт, она и думает, что и по отношению к ней так же будут поступать. Она и не думала, что эта Мадина имеет какие-то корыстные планы».

Одно из сообщений из группы, которую создала Алиева Юлдуз.

Одно из сообщений из группы, которую создала Алиева Юлдуз. Фото:

Как выяснило следствие, имела. И весьма конкретные. Мадина давно вела переписку в соцсетях с членами незаконных вооруженных формирований на территории Сирии и намеревалась передать террористам деньги, собранные под видом помощи «бедным сирийским детям и женщинам». В общей сложности на свой счёт Мадина собрала порядка 22 000 рублей, которые перевела, по версии следствия, членам НВФ.

Девушку объявили в международный розыск. А на допросы стали приглашать Алиеву, как создателя той самой злосчастной группы. Следствие посчитало, что мотивом, который и побудил молодую студентку создать сообщество, были не благие цели, а именно те, что задумала Мадина.

В ноябре 2016 года Юлдуз, которая уже к тому времени училась на втором курсе ординатуры и переехала в Москву, задержали. Так она резко из категории свидетелей по делу Мадины перешла в подозреваемые, а буквально на следующий день и в обвиняемые.

«Я никогда в жизни не думала, что вот так может случиться, — говорит мама Юлдуз Алиевой. — Мы думали, что разберутся и отпустят. Проверять, конечно, должны наши правоохранительные органы. Но мы верили, раз вины её нет — отпустят. Где террористы и где мы? Нам не до этого вообще. День и ночь работаем, что отец, что я, лишь бы их выучить. Старшая вот только устроилась на работу и сама себя стала обслуживать. Работает в больнице неврологом. Не замужем. Юлдуз тоже не замужем. И не собиралась. Она была вся устремлена в науку, её привлекали проблемы бесплодия и его лечения. А теперь какая наука ей?».

 Юлдуз интересовалась, в том числе, и традиционной исламской медициной.

Юлдуз интересовалась, в том числе, и традиционной исламской медициной. Фото: / Нурьян Алиева

Показания, что Алиева якобы знала о том, что собираемые средства пойдут на нужды боевиков, дала другая участница группы — Настя Шилихина. Будучи также одним из администраторов сообщества, она ставила лайки записям о сборе средств, которые публиковала Мадина. 

Позже Настя признается в суде: эти показания она дала под давлением. Боялась, что у неё заберут ребёнка и отправят в детский дом. Когда в суде у неё спросили, что она понимает под словом «Халифат»? Настя ответила: «Для меня это историческое название, какая-то территория или страна. Впервые это понятие я услышала в сериале „Великолепный век“».

Белые пятна

В апреле 2018 года Юлдуз Алиеву приговорили к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. При этом в своем приговоре Северо-Кавказский окружной военный суд исключил из обвинения Алиевой «указание на финансирование терроризма в целях ведения „джихада“ за распространения ислама» как ненашедшее подтверждения«.

Насте Шилихиной с учетом, что на тот момент её ребёнку было чуть больше двух лет, дали 5 лет колонии. В суде никто из них не признал себя виновными. 

Адвокат Ольга Забелова говорит, что в деле много «белых пятен»: «Непонятно, кто и кого профинансировал. Это не следует из представленных суду доказательств, нет подтверждающих данных в детализации выписок установленных номеров. Вызванные в суд свидетели — участницы группы — как одна подтвердили, что это было закрытое сообщество для девочек-мусульманок, в котором обсуждались исключительно насущные вопросы. Среди них помощь — другим сёстрам, в основном с детьми, вещами, смесями „памперсами“. Ни о каких военных действиях и речи не было, пока в группу не вступила Мадина». 

«Проблема, что она в хиджабе»

«Вся проблема у нас в том, что Юлдуз „закрытая“ — ходит в хиджабе и традиционной мусульманской одежде, а старшая нет, — считает Нурьян Алиева. — Старшая более светская, ходит в обычной одежде. Это был личный выбор Юлдуз. Мы — мусульмане. Но так как мы постоянно работаем в городе, мы этих правил строго не придерживаемся».

Юлдуз была постоянной участницей медицинских форумов и конференций в Москве.

Юлдуз была постоянной участницей медицинских форумов и конференций в Москве. Фото: / Нурьян Алиева

Она до сих пор не понимает, как всё это могло произойти с её «умной, доброй и честной» девочкой. Всё её общение с дочерью теперь сводится только к встречам во время судебных заседаний, большая часть которых проводится по конференц-связи. До окончания её заключения осталось 4 года. Когда Юлдуз освободится, ей будет 30 лет. Разрешат ли ей продолжить обучение в ординатуре и исполнить свою мечту — дарить женщинам счастье быть мамами — большой вопрос.

«Можно кого угодно подвести под статью»

Адвокат Юлдуз Алиевой пыталась обжаловать приговор в Верховном Суде РФ, но его решением приговор остался в силе.

«Меня там даже не стали слушать, — признаётся Ольга Забелова. — Я пыталась донести до судей Верховного суда, что некоторые из доказательств не были даже исследованы в ходе разбирательства должным образом, а значит, это в корне меняет весь ход дела, влечёт отмену приговора. Однако, судьи помимо того, что нарушили требования УПК при рассмотрении наших жалоб, но и допускали неуважение к участникам процесса, беседуя между собой в процессе моего выступления в прениях и Юлдуз. В настоящее время получается, что можно с легкостью взять любого человека, перечисляющего деньги на благотворительность в интернете, делающего репосты и т.д., собрать скриншоты, привлечь к уголовной ответственности и отправить в колонию за финансирование террористов».

Мнение

Татьяна Троицкая, психолог, негосударственный судебный эксперт, специалист Национальной ассоциации по содействию экспертной деятельности:

Начнем с того, что все же хотелось бы как-то разделить в сознании обывателя понятия «ислам» и «боевики, фундаменталисты, террористы, ИГИЛ и тому подобное». Хотя в названии большей части организаций, как правило, в той или иной форме содержится указание на исповедание ислама, это все секты со своим субъективным истолкованием тех или иных религиозных постулатов.

По сути, любая мощная организация, будь то откровенно криминальная или военная, использует одни и те же приемы: пропаганда и агитация, где-то подкуп, где-то лесть и так далее. Можем ли мы упрекать себя или близких, когда становимся жертвами обмана и мошенничества в форме злоупотребления доверием в сугубо бытовых ситуациях? Полагаю, что нет. Мы всегда найдем этому оправдание и объяснение. Тем более, всегда посчитаем именно молодых женщин и девушек наиболее уязвимыми для разного рода манипуляций в силу отсутствия у них жизненного опыта. 

Не случайно в России законодатель выделяет чувства верующих как отдельный объект правовой охраны. Потому что верующему, особенно новообращенному, присуще вполне объяснимое с точки зрения законов психологии желание воспринимать таких же верующих как «своих». Свой — это разделяющий твою систему ценностей, свой — это тот, кому безусловно можно доверять. Требовать от молодой девушки насторожиться и не поверить, когда «сестра по вере» сообщает, что у нее в магазине остались не распроданные остатки детских вещей и она собирается передать их в качестве гуманитарной помощи детям Сирии, наверное, невозможно. Тем более, если эта же самая «сестра» обосновывает свои благородные (как это декларируется) стремления помочь жертвам войны (старикам, детям, женщинам) данными из газет, которые цитируют российские СМИ, данными международных организаций по защите прав человека и даже фотографией, на которой Анджелина Джоли вместе с Бредом Питом раздают гуманитарную помощь для детей Сирии. Проблема ведь не только в том, что верующий отчасти смотрит на мир с презумпции победы добра, но и в повальном увлечении молодежи непроверенными интернет-контактами.

Ведь любое предложение сомнительного толка (послушать домашние лекции подпольного проповедника,переместить через границу некую посылку; оказать финансовую помощь и т.д.), как правило, исходят от людей, которые известны в основном по никнейму и своему образу в Интернете. Сам факт того, что человек присоединился к нашей виртуальной общности «сестер по вере» уже становится его характеристикой, в то время как саму личность никто не знает. Достаточно в конклюдентной форме (присоединившись к той или иной группе) продемонстрировать свои намерения, и тебя уже начинают принимать за своего. Это в большей степени проблема всех интернет-сообществ, не только исламского толка. Потому что схемы и методы, с помощью которых будут вас «обрабатывать» сходны и у мошенников, и у «фанатиков». Поэтому, пожалуй, единственной защитой может быть все же «гигиена интернет-контактов» и тщательная проверка всех виртуальных знакомых. 

Случай с девочками из Волгограда уникален, так как их не агитировали выходить замуж в Сирию, им не предлагалось стать мученицами за веру, им никто публично не озвучивал каких-либо радикальных взглядов. Весь дискурс касался только соответствующих общей направленности женского ресурса тональности — вы же сами матери или будущие матери, а там, в Сирии, страдают женщины, дети, старики. У них даже чистая вода для питья не всегда есть. Им помогают даже западные артисты. Так неужели мы с вами, сестры, пройдем мимо?

Это схема мошенников, но здесь она была использована для попытки финансирования терроризма, при которой участницы группы были, по сути, использованы «в темную», путем спекуляции на их религиозных и просто женских чувствах и эмоциях. В данном случае не было никаких признаков, которые позволили бы заподозрить в этой акции второе дно.

Обычные признаки (приглашение приходить на некие тайные беседы и лекции в особые законспирированные места, предложение читать особую литературу и т.д.) здесь не использовались.

На мой взгляд, в такой ситуации невозможно было угадать и распознать провокацию. И здесь возникает, скорее, вопрос к законодателю и правоприменителю: где проходит граница между участием в качестве обманутой жертвы и осознанным участием, как разделить умысел на финансирование и умысел на оказание помощи страдающим от войны; должно ли быть применено равное наказание и должно ли оно быть именно в форме реального срока?

Думаю, что каждому верующему необходим духовный наставник не в интернете, чтобы в случае всех возможных сомнений можно было с ним проконсультироваться. И это не обязательно должен быть именно имам, но обязательно авторитетный для тебя и объективно известный тебе человек.

К тому же, повторюсь еще раз, возможно, что в России ситуация с девушками из Волгограда — это первая подобная ситуация. Их никто не призывал к войне, им никто не говорил об идеологических моментах. Во время поста им предлагали сделать пожертвование (то есть, благое дело), во время молитвы им предлагали помолиться за страдающих от войны. Не возьмусь утверждать, но мне представляется сомнительным, что какое-либо духовное лицо было бы против.

Источник

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

Подтвердите, что Вы не бот — выберите человечка с поднятой рукой: